Господь не изменит...

* * *
Мы мерзнем, мы горим от зноя,
Заботы душат нас, дела;
Жива надежда под луною,
Но для Небес она мала.
Нас уводили в дебри чары,
И страсть делилась на двоих,
Нас радости встречали часто,
И горе отменяло их.
Бежать нам надо было, ехать,
Старались быть быстрее всех,
Мы рвались на хребет успеха
(О! Как он мал — земной успех).
Живут для всякого напасти,
Свет — не всегда, порой — черно.
Того, кто был на пике власти,
Смерть осаждала под дерно.
На что надеяться на свете —
В долине смеха, слез и бед?
Нам изменяют наши дети,
И те, — кого дороже нет.
Один Господь нам не изменит,
Коль не изменим мы Ему.
А страсти тела только тени
Пред вечным светом, только муть.

* * *
Легко разбить стекло воды —
Оставив на воде следы.
Легко порвать руками нить,
И ветку хрупкую сломить.
Кольцо упало в пруд глухой
(Не занимайся чепухой) —
Не ройся в тине, не ищи,
За промах сам с себя взыщи.
И если нить связать ты смог
Куда же денешь узелок?

* * *
Говорят: Поэт, пиши
От души и для души;
Не торгуйся, не криви —
Правду свету говори.
Был лет сто назад Катков,
Нынче скажут: «Гад каков!»
А теперь явись-ка Греч,
Разве станут Греча сечь.
Современных наших Греч
Мы обязаны беречь.

* * *
Жизнь не тихая речушка
Что укрыта от ветров...
Раскипелась заварушка,
Печка ломится от дров.
Доверял хорошим сказкам,
Где жилья нет для жулья.
Не жалей меня напрасно:
Как-никак, а выжил я.
Сам стремился к неустройству,
Мысль паслась в такой дали...
Знаешь, не хотелось, просто,
Ползать пузом по мели.

У ПРУДА

Листья краснотала
Полдень золотит,
Птичий клин усталый
В край чужой летит.
Осень, снова — осень,
Холодна вода,
И пугает очень
Чернота пруда.
Эта жизнь крутая
У меня одна.
Разглядеть пытаюсь,
Но не вижу дна.

* * *
Городок увяз в сугробах,
Правит, властвует зима,
Далеко не в новых робах
Зябко ёжатся дома.
Скрип гуляет по дорогам,
Хорохорится мороз,
А у самого порога
Кудри белые берез.
У помойки галки спорят,
У колонки — горка льда.
Жил в Москве я, жил у моря,
Доживать пришел сюда.

* * *
А радость в моем сердце
Надолго не вьёт гнездо,
И вечная грусть не селится,
Иначе и быть не должно.
Я ставлю надежде свечи,
И верю в небесный лик.
Ну, кажется, всем обеспечен,
При том ничего не достиг.

* * *
Можно быка называть коровой,
Но от него не возьмешь молока.
Можно реку называть морем,
Можно, но морем не станет река.
Можно мартышку назвать белкой,
Все же подохнет в чащобе она.
Можно черное назвать белым.
Можно, а сущность осталась черна.

ЗАРИСОВКА

Солнце хвостик окунуло
В голубой как небо плес,
Потянулось и зевнуло,
Чем тебе не рыжий пес?
С робкой вербой поиграло,
Увело туман в лога,
Тень ленивую загнало
За стога, за берега.

* * *
Пощечина легкая,
Как ирония,
Не в шутку, а так,
Слегка рассердясь.
Ты думаешь:
Только ножом
Можно ранить,
Железным прутом
Кости ломать?
А ведь ты — убийца,
Маленький убийца,
А чтобы убить
Надо, все-таки, бить.
Пощечина легкая,
Как ирония,
Не в шутку, а так,
Слегка рассердясь.

Господь не изменит...Поэзия

Господь не изменит...
Поэзия